Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Дуа Липа с размахом закрыла четвёртый, последний концерт своего тура Radical Optimism в Лос-Анджелесе на арене Kia Forum. На главной сцене к ней присоединилась сама Гвен Стефани — основательница группы No Doubt и легенда американской поп-рок-музыки. Вместе они исполнили культовую песню 1996 года «Don’t Speak», ставшую символом разбитых сердец для целого поколения. Дуа призналась зрителям: «Гвен — мой кумир, я слушаю её с детства. Она влияет на мою музыку и стиль. Обожаю, как она меняется, оставаясь иконой». Гвен вышла к публике в стиле рок — клетчатая рубашка, чёрный цвет, и гармонично пела на пару с Дуа. В зале был замечен семейный десант — сыновья Гвен, Кингстон и Зума, не остались в стороне и поддерживали маму. Но этим сюрпризы шоу не ограничились. Днем ранее к Дуа присоединился Лайонел Ричи. Вместе они исполнили его бессмертный хит «All Night Long (All Night)», который четыре недели держался на вершине хит-парадов Billboard. Дуа Липа не каждый вечер зовёт гостей, обычно обходясь каверами с группой. Во время первых двух концертов в Лос-Анджелесе она прониклась духом Калифорнии: в субботу исполнила легендарную песню «The Chain» Fleetwood Mac, а в воскресенье — «California Dreamin'» от The Mamas & The Papas. Как водится в Голливуде, на концертах блистали не только музыканты. В зале светились лица Адель, Оливии Родриго, St. Vincent и Люси Дэйкус — все пришли поддержать коллегу. Впереди у Дуа Липы ещё два выступления в Сан-Франциско, потом американская часть тура завершится в Сиэтле (15-16 октября), после чего певица отправится на гастроли в Южную Америку.
Этот текст — этюд о том, как поп-звёзды в погоне за «эмоциональным наследием» создают иллюзию большого семейного цирка, щедро приправленного культовыми именами. Дуа Липа не просто закрывает концерт — она превращает сцену в платформу для ностальгии и самоидентификации через феминити, приглашая воображаемую подругу юности (Гвен Стефани) под залпы из прошлого века. Лайонел Ричи случайно оказался в ротации, словно можно позвать любого залетного музыканта образца 1983 года.
Местечковая богема тоже не отстала — ведь тусоваться надо, иначе пропустишь момент, когда «никому не нужные» каверы вдруг станут новым символом эпохи. Публика хлопает, сыновья Гвен Стефани машут руками, все очень рады быть статистами в хронике вечного возвращения на сцену. Эффект «большой семьи» намеренно подчеркивает границу между обывателем и звездой: кто-то поёт каверы для смеха, кто-то — чтобы написать историю успеха.
Карьера как марафон имён, а тур превращён в бесконечную селфи-армаду. Поп-музыка за кадром слаще не становится, но атмосферу праздника поддерживает страсть к цитированию прошлого и безошибочная игра на традициях. Всё как у нас — только билеты дороже, а кумиры стесняются стареть.