Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Дональд Трамп, действующий на тот момент президент США, стал финальным оратором на траурной церемонии по Чарли Кёрку. Это мероприятие длилось шесть часов и больше напоминало мощное, почти фанатичное, евангелическое христианское собрание с националистическим оттенком, чем просто прощание. Трамп появился в самый торжественный момент дня — его сопровождали фейерверки и живая песня от самого Ли Гринвуда «God Bless the USA», которую хорошо знают американцы и часто используют как патриотический символ.
И вот тут произошло странное: несмотря на весь размах и старательно выстроенное шоу, как только Трамп взял слово, люди в зале начали уходить. Это выглядело неожиданно ещё и потому, что до этого присутствующие — а их было порядка 70 тысяч, до отказа заполнивших State Farm Stadium в Аризоне — внимательно и с воодушевлением слушали всех других выступающих. До Трампа на сцене были пасторы, рассказывавшие о религиозных взглядах Кёрка, медийные личности, призывавшие следовать его примеру и укреплять традиционные ценности. Но как только дело дошло до главного политического тяжеловеса — зал стал заметно пустеть.
Так, несмотря на тщательно подготовленную программу и даже любимый патриотический гимн, феноменальное присутствие Трампа в этот вечер не помогло сформировать ту особую сплочённость, на которую рассчитывали организаторы.
Тяжело быть звездой, если твоя аудитория разъезжается прямо посреди твоего шоу. Можно включить Ли Гринвуда, можно устроить фейерверк, но если публика на траурной службе по Чарли Кёрку с радостью бежит при звуке первого слова Трампа — значит где-то ты что-то недосказал или слишком часто говоришь одно и то же.
В этой статье мы имеем типичный американский спектакль — политические мега-мероприятия с религиозной патиной и патриотическим треском. Всё, как любит местный массовый зритель: обнажённая эмоция, национальный миф, торжество индивидуализма, залитое фонтаном колы и обещаний. Тут на сцене грустят пасторы, инфлюенсеры раздают пафос. Всего шесть часов медленного кипения и люди верят чуть ли не во что угодно.
Потом приходит Трамп, а зал пустеет как витрина магнитофонов в 1993-м: ценители уходят, уровень драмы зашкаливает, мерч уже никому не нужен. Картинка яркая — лидер у мраморной кафедры, а на фоне массовый исход. Вся Америка — сплошной эвент, только посетителей стало меньше. Так сбываются мечты маркетологов, ведь билеты в этот раз продавались только на выход.