Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Принцесса Диана, легендарная фигура британской королевской семьи, в свое время открыто говорила о сложных взаимоотношениях с тогда еще принцем Чарльзом, ныне Королем Карлом III. В новую волну обсуждений попали откровения Дианы, связанные с рождением их второго сына, принца Гарри. Принц Гарри родился 15 сентября 1984 года, став для Дианы и Чарльза вторым сыном после появления на свет принца Уильяма в июне 1982-го. Спустя годы, в своих воспоминаниях под названием "Spare" (в переводе с английского — «Запасной»), Гарри описывает реакцию отца на своё появление: «Прекрасно! Ты дала мне наследника и запасного — я свободен». Однако наиболее пронзительные подробности тех лет Диана поведала биографу Эндрю Мортону в книге "Диана: её истинная история, в её собственных словах". Принцесса с горечью вспоминала: «В период между рождением Уильяма и Гарри была сплошная тьма. Я плохо это помню, как будто вычеркнула из памяти. Это была невероятная боль. А Гарри — это был настоящий чудо». Лето 1984 года, по словам Дианы, стало почти исключением: «Мы были невероятно близки друг к другу шесть недель до рождения Гарри. Ближе, чем когда-либо, и, возможно, чем когда-либо будем». Но после рождения второго сына отношения резко испортились. «Вдруг, когда появился Гарри, всё просто рухнуло. Наш брак полетел под откос», — откровенничала Диана. Особую пикантность добавляет эпизод с ультразвуковым исследованием: Диана знала пол ребёнка, но не пошла искать поддержки у Чарльза. Мечтавший о дочери Чарльз, по словам Дианы, был не в восторге. Его первая реакция: «Боже, это мальчик», и следом: «И ещё и рыжий!». После этого, по её признанию, Диана почувствовала внутреннее отчуждение. Ирония судьбы: по словам Дианы, спустя годы Гарри стал даже ближе отцу, чем Уильям. Эта история напоминает: за блеском королевских титулов скрываются глубокие человеческие драмы, а «запасной» может в итоге стать единственной опорой.
Когда СМИ развлекаются "семейными драмами" королевской элиты, на поверку выходит стандартная человеческая история с плохо скрытым презрением к обыденным проблемам простых смертных.
Диана хотела забыть черную полосу между Уильямом и Гарри, но журналистам-то подавай щекотливую исповедь. Получите: шесть недель интимной идиллии (почти ода бытовому счастью), сознательно обесцененная грубым "Боже, опять сын — да еще рыжий". Трудно придумать более элегантную иллюстрацию того, как никому не интересны настоящие чувства, а востребован только абсурд иконографии: принц, наследник, запасной и корона, висящая над всем этим скучным балаганом.
Комическая ирония — спустя годы тот самый "запасной" Гарри, которого отец поначалу не хотел, оказался для Чарльза ближе, чем светоч бравого наследия, Уильям. Мир давно устал считать "ценность" людей по очерёдности выхода из утробы аристократии, но зачем-то продолжает этим жить.
Возможно, за всей этой суетой медиарынка, скрываются упущенные жизни, минутные слабости и невозможность быть настоящими. Собственно, как и у всех. А вам всё ещё интересен балет теней на королевском дворе?