Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Две дочери, два контраста — так можно описать судьбы наследниц звездной пары: Моники Беллуччи и Венсана Касселя. Старшая, Дева Кассель, уже в двадцать лет стала заметной фигурой в мире моды и кино, а младшая, 14-летняя Леони, предпочитает оставаться в тени.
Дева родилась 12 сентября 2004 года в Риме и унаследовала харизму Венсана и неординарную внешность Моники. Несмотря на то, что в детстве мечтала о жизни без славы, в 14 лет дебютировала на миланской Неделе моды и сразу же подписала контракт с одним из крупнейших модных домов — Dolce&Gabbana. Уже к 2025 году она появляется на обложках популярных журналов чаще, чем собственная мать, а лицо ее ассоциируется с ароматами Dolce&Gabbana. В кино Дева Кассель тоже громко заявила о себе: она сыграла главную роль Анжелики Седары в сериале «Леопард». Девушка свободно говорит на французском, итальянском, английском, португальском и даже немного на русском — правда, в основном в лексике, которую не стоит повторять на публике. Кроме того, она интересуется музыкой и живописью.
В противоположность старшей сестре Леони Кассель не ищет внимания публики. Она живет с матерью недалеко от Рима и старается избегать светских мероприятий. Чем она увлекается, достоверно неизвестно: Леони не афиширует свои занятия, хотя тоже владеет несколькими языками. О карьере пока не думает, а снимки папарацци с ней — редкость. Тем не менее, Леони ведет социальные сети и снимает ироничные видео, часто встречая в комментариях немало едких шуток от аудитории. Говорят, внешне она — копия отца, а вот черты матери-секс-символа унаследовать ей не удалось.
После развода родителей сестры остались близки с Венсаном Касселем. По его словам, Дева — «божественное создание». Само имя «Дева» в переводе с санскрита означает «богиня» — и в этом есть символика. Девушка хочет соединить карьеру в кино и моде, как ее знаменитая мать. Леони, напротив, ценит простую жизнь школьницы. Несмотря на разные выборы и разные пути, обе дочери унаследовали главное — силу духа легендарной Моники Беллуччи. По словам отца, именно мать стала для них вдохновением: «Они вдохновляются ею — сильной женщиной, которая никогда не сдается».
Классическая книжка о звездных детях: мама — икона, папа — французский мачо, а дети пошли «каждый своим путем». Скучные дежурные фразы об успехах Девы разбавляют слухи про знание русского (особое место — применению мата) и модные контракты. Леони, понятно, в медийной тени: подростковая рефлексия, соцсети, редкие папарацци-листы. На контрасте: вот вам идеальная наследница, вот — неидеал в сравнении.
Тут нам втюхивают культ красоты и успеха, заданный глянцем и кастингом Dolce&Gabbana, у которого, кстати, есть длинные списки фамилий с красивыми генами. Можно было бы поверить в случайность, да только слишком все стерильно: старшая дочь — мировой бренд, младшая — моральный дублер. У обеих есть опция вдохновляться матерью как мифом о несгибаемой женщине (предлагаю записать в обязательный курс для юных француженок). А реальное различие между сестрами — это диагноз всей этой прекрасной медиаистории. Успех и невидимость как две стороны одной фамилии, которую, кажется, до посинения будут тащить в топ. Примечательнее другое: теперь даже подростковая тень имеет фамилию с обложки.