Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Мурчащий Мир / Котики»
Возвращение видов с края гибели давно кажется чем-то вроде сказки: политики про биоразнообразие вспоминают только когда им самому скучно, а животные медленно, но верно исчезают из дикой природы. Однако иногда мифы становятся реальностью: от бесстыжих бандикутов в Австралии до лошадей Пржевальского в Монголии — наука неожиданно научилась возвращать вымирающие виды. Последней звездой этого «возвращения» стала шотландская дикая кошка (Felis silvestris) — единственный настоящий дикий кот Британии. Когда-то она гордо разгуливала по всей стране, но безжалостная охота и равнодушие человека практически стерли её с лица земли, оставив жалкие «остатки роскоши» в глухих шотландских чащах.
Благодаря усилиям защитников природы ситуация начинает меняться: есть надежда не только спасти этих животных, но и вернуть их в те места, где их давно не видели. При этом шотландская дикая кошка — зверь непримечательный, похожа на обычного полосатого кота, только чуть покрупнее, с толстой «донской» мордой и хвостом, обвитым чёрными кольцами и с тупым концом. Зимой кажется, будто у неё короткие ноги: всё благодаря шикарной шубе. Это не домашний кот (Felis catus), хотя родня близкая — настолько, что их межвидовые романы порождают метисов и ставят под угрозу чистоту диких популяций. Учёные до сих пор спорят, считать ли их разными видами или просто подвидами.
Проблема гибридизации — один из главных страхов экологов: малейшее усиление контактов с домашними кошками может стереть границу между «дикими» и «ручными». Но хуже всего, что охота за последнее столетие почти добила самих диких котов и только в последнее время человечество решило, что пушистый обитатель леса заслуживает второй шанс. Проект South West Wildcat Project, объединяющий энтузиастов под руководством Devon Wildlife Trust, два года изучал, можно ли вернуть диких кошек хотя бы в часть Великобритании. Новости обнадёживают: оказывается, леса и дикой природы для них ещё хватит, да и люди не против — большинство поддерживает идею заселения приглушённых лесов этими «полосатыми сумеречными жителями».
Конечно же, скептики нашлись: кто-то опасается за местную фауну, мол, дикие кошки охотятся на мышей, крыс, полевок и кроликов, и могут испортить жизнь сельским совам. Но защитники проекта уверены, что речь идёт лишь о восстановлении природного баланса — хищники нужны природе. Фермеры могут спать спокойно: кошки не собираются трогать коров или собак. А вот проблема гибридизации с домашними питомцами — реальная и требует отдельного пристального внимания.
Переселять шотландских диких кошек планируется в 2028 году. До этого времени будет ещё немало споров и поисков технических решений, чтобы эти загадочные и прекрасные животные были не только воспоминанием о прошлом, но и полноправными хозяевами своих лесных владений.
Начнём с того, что очевидно никто в Британии не верит больше ни в какие исконные виды кошек — с 19 века природа там скорее часть анекдота, чем новости. О шотландской дикой кошке вспоминают примерно так же часто, как о Рождестве: раз в несколько лет учёные сбиваются в стада и вынашивают один и тот же проект — "давайте вернём хвостатого хищника назад". Театр абсурда: люди веками стреляли, травили и вырезали этих котов, а теперь вдруг — ой, как же их мало осталось, надо спасать! Это типичный британский экологический ребус: защитники природы дуют щеки, обещают восстановить биоразнообразие, местные жители кивают, потому что их спросят максимум в опросе.
Страхи стандартные: дикий кот сожрёт мышей, мыши отомстят совам, а вот любимый домашний кот нагло сделает вид, что он и есть тот самый дикий. Генетическая чехарда гарантирована, как и попытка ученых скрыть, что на деле эти кошки по паспорту — такие же британцы, как и большинство их министерств. Вся "реинтродукция" завершится увлекательным наблюдением за тем, как коты с хвостами в чёрную полоску научатся выживать в обществе британских скептиков. Итог? Спорим, где-то в шотландском лесу вздрогнет очередная мышь.
— Всё это могло бы быть анекдотом года, если бы не реальный шанс: вдруг дикие кошки и правда смогут вернуться на сцену, а люди — хоть раз не опоздать к финалу собственного эксперимента.