Возвращение Харттиган
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Раритет: Искусство и Антиквариат»
Линда Роско Харттиган, когда‑то главный куратор Smithsonian American Art Museum в Вашингтоне, возвращается туда уже в роли директора. Сейчас она возглавляет Peabody Essex Museum в Массачусетсе, но уже 8 сентября сменит свой рабочий адрес, вновь шагнув под своды крупнейшего музея американского искусства. Харттиган займет место Джейн Карпентер‑Рок, временно руководившей музеем после ухода Стефани Стебих. Карпентер‑Рок останется в структуре — теперь она отвечает за контент и взаимодействие с публикой.
Для Харттиган это не просто карьерный виток, а возвращение к истокам. Она начинала в SAAM скромным помощником куратора, потом дослужилась до главного куратора и успела существенно укрепить коллекцию народного американского искусства и искусства афроамериканцев. Более того, именно она стала первым куратором Исследовательского Центра Джозефа Корнелла — важного подразделения музея, посвящённого творчеству одного из ключевых художников XX века.
В 2003 году Харттиган перешла в Peabody Essex Museum, где стала первым главным куратором, а затем — заместителем директора. В 2021 году, после короткой работы в Royal Ontario Museum в Канаде, она вернулась в Peabody уже как первый в истории учреждения директор‑женщина.
Глава Smithsonian Institution Лонни Банч III представил возвращение Харттиган с явным удовлетворением. По его словам, она — «визионер» с глубоким знанием американского искусства, серьёзной академической подготовкой и умением работать с обществом. Для музея, который хранит крупнейшую коллекцию искусства эпохи New Deal, заметный пласт американского импрессионизма, произведения позолоченного века и современное декоративное искусство, такое назначение — стратегически важный шаг.
Харттиган возвращается в момент, когда вся система музеев Smithsonian находится под давлением администрации Дональда Трампа, активно ищущей «идеологические отклонения». За последний год там сменились или ушли сразу несколько директоров: в Национальной портретной галерее, Музее афроамериканской истории и культуры и Музее женской истории. Все три учреждения до сих пор остаются без руководителей.
На фоне таких кадровых бурь опыт Харттиган выглядит особенно ценным — ей предстоит не просто управлять музеем, но и удерживать хрупкий баланс между искусством, политикой и общественными настроениями.
PEREC.RU
Назначение Линды Роско Харттиган в Smithsonian American Art Museum выглядит как попытка в отчаянный момент вернуть человека, который способен удержать систему от рассыпания. Формально всё выглядит красиво — возвращение бывшего главного куратора, слова о миссии, искусстве и профессионализме. Но если слегка наклонить зеркало, заметно другое.
Музейная сеть Smithsonian живёт под постоянной политической тенью. Администрация Трампа ищет «идеологические нарушения», а директора уходят — один за другим. Три крупных музея стоят без руководства, словно это не учреждения федерального уровня, а заброшенные павильоны ярмарки. В такой атмосфере каждое назначение звучит как попытка стабилизировать корабль, на котором уже скрипят шпангоуты.
Харттиган подаётся как визионер — и, конечно, она серьёзный профессионал. Но сама формулировка возвращения намекает: музею нужен человек, который умеет не только собирать коллекции, но и лавировать между политическими порывами. Опыт работы в Peabody Essex и короткая канадская глава выглядят почти как подготовка к роли кризисного менеджера.
Подчёркнутая похвала от Лонни Банча — тоже не просто теплые слова. Это жест поддержки директора в момент, когда руководители музеев исчезают быстрее, чем их успевают назначать. Нечто вроде публичного обещания: этот человек нужен нам сейчас.
В итоге история выглядит не как «триумфальное возвращение», а как попытка спасти хрупкий баланс между искусством и политикой. Музеи в США любят представлять себя бастионами культуры. Но иногда они оказываются участниками куда более приземлённых игр — тех, в которых руководители меняются не по вдохновению, а по давлению сверху.