Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Раритет: Искусство и Антиквариат»
Главный куратор и заместитель директора Художественной галереи Онтарио (Art Gallery of Ontario, AGO) Джулиан Кокс объявил, что покинет свой пост 13 апреля после восьми лет работы. Формально — по собственному желанию и с теплыми словами от руководства. Неформально — на фоне громкого скандала вокруг несостоявшейся покупки произведения известной художницы Nan Goldin, чьи работы выставляют крупные музеи по всему миру.
История проста, как очередная музейная интрига: AGO собиралась в партнёрстве с Vancouver Art Gallery и Walker Art Center приобрести новую видеоработу Goldin «Stendhal Syndrome», созданную в 2024 году. Однако часть членов закупочного комитета внезапно решила, что комментарии художницы об операции Израиля в секторе Газа звучат «антисемитски». После этого сделку тихо свернули.
Тихо — но с последствиями. Когда отказ стал фактом, в отставку ушли куратор современного искусства Джон Цеппетелли и двое членов комитета. Их уход напрямую увязали с историей Goldin. Уход Кокса официально не связывают с ситуацией, но совпадение выглядит слишком уж аккуратным.
Директор галереи Стефан Йост в своём заявлении описал Кокса как человека, который «оказал глубокое и положительное влияние» на развитие музея: улучшил выставочные программы, расширил коллекцию и внёс большой вклад в научную работу. Ему также поблагодарили за «лидерство, щедрость духа и коллегиальность». В музейном мире такие слова обычно означают одно — человек уходит не хлопнув дверью, но явно не на пике безмятежности.
Таким образом, AGO переживает один из тех кризисов, когда никто публично ни в чём не виноват, но люди продолжают уходить, а вопросы остаются. Ситуация с Goldin вскрыла не только разногласия внутри коллекционных комитетов, но и более чувствительную тему: насколько политические взгляды художника могут влиять на музейные решения. Пока что музейные дипломатии хватает лишь на то, чтобы говорить о заслугах уходящего сотрудника и не говорить о главном.
Руководство AGO пытается удержать образ стабильности, но новости говорят иное. Уход Джулиана Кокса превращают в мягкую церемонию, хотя череда предыдущих событий рисует совсем другой фон.
Сначала музей красиво готовился стать одним из владельцев новой работы Nan Goldin — громкое имя, актуальная тема, всё по учебнику. Но стоило художнице высказаться о военных действиях Израиля в Газе, как часть закупочного комитета внезапно увидела в её словах «антисемитизм». Когда настроение в группе меняется так быстро, обычно дело не в искусстве.
После отмены сделки ушли куратор Джон Цеппетелли и два члена комитета. Формулировки о личных решениях звучат гладко, но слишком уж напоминают эвакуацию через запасной выход.
На фоне этих событий заявление Кокса об уходе выглядит не случайностью, а продолжением цепочки. При этом руководство подаёт это как плановый переход к новому этапу. Типичная музейная дипломатия — много вежливости, минимум конкретики.
Ирония в том, что музей как институт призван защищать свободу выражения, но на практике становится заложником собственных внутренних страхов. Ситуация вокруг Goldin — всего лишь очередной пример того, как политика и репутационные риски диктуют художественные решения.
Кокс уходит с красивыми словами в адрес, а галерея остаётся с репутационным следом, который придётся долго зачищать.